Run To The Hills - Блэйз Бэйли (IV)

Блэйз Бэйли (IV)

По словам Блэйза, семья Куков «была маленько запутана. У меня не было ни братьев, ни сестер, пока мне не исполнилось одиннадцать. Со стороны отца у меня есть младший брат и со стороны матери младший брат и сестра. Я жил с матерью, пока рос. Оба они и моя мать, которая сейчас уже ушла из жизни, и мой отец поженились, чтобы разойтись и… Я думаю, что этот факт каким-то образом сформировал мой характер. Думаю, много людей из... не люблю термин «разбитые семьи», но много людей из семей, которые неполные или же не совсем нормальные (чем бы это ни было), много из них, кажется, приходят к тому, что начинают заниматься творчеством. Для них это другой подход. Понимаешь меня?» Только поразмыслите над ранними семейными сложностями у Брюса Дикинсона и Пола ДиАнно, чтобы понять Блэйза.

Как и оба его предшественника в Maiden, Блэйз рос, чувствуя себя аутсайдером. «Все эти проблемы определенно и сделали меня таким отчужденным, но всё это было также частью моих амбиций и источником для моих демонов».

К тому времени, как он родился, обоим его родителям было около 20 лет и неожиданное появление ребенка стало для них серьезным испытанием. «Мой отец был студентом театрального колледжа, а моя мать была очень-очень молода. Ей было может лет 20, когда на свет появился я. Я сейчас гораздо старше, чем были они, когда поженились и, судя по тем отношениям, через которые им приходилось проходить, я задумываюсь, насколько же сложно должно быть была их ситуация. Сами еще дети и еще малыш, которые старались жить все вместе… Даже представить не могу насколько все должно быть было тяжело».

В результате брак его родителей не продлился долго, но он держал связь с отцом, Блэйз жил один с матерью, пока ему не исполнилось одиннадцать. Потом она снова вышла замуж. «До того, как моя мама снова вышла замуж, мы жили в фургоне, который мама арендовала на земле, принадлежавшей моему деду, и где он разводил уток и гусей. Мы были очень бедные. У нас не было телевизора, пока мне не исполнилось девять. Обычно мы просто слушали радио. Были только я и моя мать, так что все было в порядке. В детстве ведь не понимаешь, что ты беден. Только сейчас, оглядываясь назад, я осознаю, что мы были совершенно на нуле».

В те дни его спасала страсть к музыке, особенно к панк-року, захватившему музыкальную сцену Великобритании, когда Блэйзу исполнилось 14. «Вдруг появились Blondie, The Sex Pistols, The Damned и The Jam. Все вокруг показалось мне в одночасье ребячеством. Все было настоящим. Живым. Несло в себе какой-то смысл. Проникало в мозг. В нашем доме не было проигрывателя из-за человека, за которым была замужем моя мать, поэтому я обычно шел к друзьям и там открывал для себя музыку. Я копался в их музыкальных коллекциях, там мы услышали первый альбом Black Sabbath и Led Zeppelin IV, которые произвели на меня ошеломляющее впечатление. Я считал эти альбомы невероятными! Как же можно было звучать таким невероятным образом? Все это смешалось с моей симпатией к панку. Я не выбирал между стилями. Мы просто слушали все подряд, что было и все подряд, что звучало громко».

Он окончил школу в 1980 с самой низкой оценкой по предмету Искусство, что он сам шутливо называет «истинно плохой оценкой». Не выказывая интереса ни к чему и занимаясь карьерой рок-вокалиста, он начал историю своей работы с пособия по безработице. Записавшись на обязательные курсы YTS (молодежный тренировочный план), он начал работать «за гроши» на складе мебельной фабрики. «Было ужасно. Было беспросветно и скверно таскать тяжести в грузовики, отсылая их и ожидая следующие, чтобы загрузить еще больше при этом все время тебя принижал старший работник. Было ужасно».

Однако он встал на ноги, когда получил работу ночного носильщика в отеле Tamworth. Работа была «как раз подходящая для тех, кто не хотел работать. После двух утра и до пяти наступало волшебное время, когда можно было погрузиться в себя. Как раз в один из таких моментов я решил, что «моя жизнь движется никуда, совершенно никуда». А поскольку приходилось там оставаться на всю ночь, я слушал в это время музыку. Брал у кого-то кассеты и слушал все подряд, что называлось роком».

Его любимым вокалистом был бывший Rainbow и Black Sabbath и последующий сольный исполнитель Ронни Джеймс Дио. «Величайший голос в роке без сомнений», утверждает Блэйз. «У меня есть все, что он когда-либо записал, начиная с его первой группы Elf. Однажды я с ним встретился, но мне понадобился час, чтобы решиться заговорить. Было здорово петь один из его альбомов в течение половины ночи в отеле, потому что можно было орать во всю, ведь никого не было вокруг. Мне всегда нравилось пение – это ведь так естественно и красиво – тогда я начал писать кучу стихотворений. Я проводил часы, слушая музыку, сочиняя слова и слушая настоящий вокал. Не только тот, что был в записи, но также и мой вокал, слушая собственный голос в большой комнате».

Но вокалисту нужна группа, а в этом Блэйзу катастрофически не везло. «Я прослушивался для нескольких групп, но, кажется, я перестарался всякий раз, что их и отпугивало. Я хотел походить на рок-звезду в том смысле, в котором вы себе это представляете, когда вам приблизительно столько же лет. Знаете, я сам по себе не особенно тихий. Бывают моменты, когда я спокойный, но в большинстве я псих. Как-то я спел концерт в группе под названием Child's Play и они дали мне месяц испытательного срока. Они исполняли музыку на подобие Thin Lizzy. Мы поработали еще немного, а позже они мне сказали: «Извини, но не такой голос мы искали. Нам нужно что-то другое».

Его первый успех пришел в разделе коротких объявлений в местной газете The Tamworth Herald. «Я запомнил название Wolfsbane», вспоминает он. Позже я узнал, что это значит. Растение, цветущее пурпурными цветками, которое полностью расцветает только в полночь. Это очень ядовитое растение, но у него есть свои медицинские показатели. Конечно же, я пошел к ним на прослушивание. Мне просто показалось, что у них клевое название».

Четыре основных достоинства группы привлекли внимания музыкальной прессы 80-х. Wolfsbane напоминали стиль Van Halen, очень энергичная рок группа, у которой появлялся шанс при срочной корректировке расписаний выступлений, полностью выкладывающиеся на своих зажигательных представлениях. Творческим ядром группы был басист Джефф Хэйтли (Jeff Hately) и гитарист Джэйсон Эдвардз (Jason Edwards), а Блэйз дорабатывает большинство текстов. Ударником в группе была подружка Блэйза, но на год она отошла от дел и ее заменил более подходящий человек по имени Стив Дэнджер (Steve Danger).

«Дело было в том, что они не могли найти другого вокалиста, а я не мог найти другую группу. Потому мы и вынуждены были работать вместе», улыбается Блэйз. «Никто из нас не был достаточно хорош, чтобы быть принятым в другую группу, что и заставило нас стать лучше в своей профессии так быстро. Мы были очень вызывающей группой, без сомнений шокирующая команда, которая обыкновенная унижала аудиторию и все в таком духе. Нас не готовили, не обрабатывали и не переваривали заранее. Мы постепенно становились известны по нашим живым выступлениям и все, что у нас было – это то, что в чем бы были. Именно по этим причинам появилось некоторое количество людей, которые шли на наши концерты или покупали периодически наши записи».

В своей разнообразной карьере, Wolfsbane никогда не испытывали недостатка поддержки со стороны музыкальной прессы и к тому времени, когда Рик Рубин (Rick Rubin) основал новый лейбл Def American и заключил контракт в 1988 году с Wolfsbane, те уже красовались на обложках журналов Kerrang! и Sounds. Их первый и несколько неоднородный альбом «Live Fast, Die Fast» на лейбле Def American был записан в Лос-Анджелесе по настоянию Рика Рубина и привел к громким восторгам в прессе летом 1989 года. Однако, несмотря на суматоху в прессе, особо высоких позиций в чартах альбом не получил. «Альбом плохо продавался», говорил Блэйз. «Было распродано порядка 25 000 копий. Не так уж и плохо, а шума в прессе было больше, чем на самом деле. Но мы были с Риком Рубином, который считался гуру всего лучшего. Мы были на его лейбле, поэтому должны были быть классными». В 1990 году группа выпустила мини-альбом «All Hell's Breaking Loose At Little Kathy Wilson's Place», состоящий из 6 треков. И снова, несмотря на яркие рецензии, альбом провалился в чартах Великобритании. Правда группа теперь получила шанс выступить во время тура Iron Maiden “No Prayer For The Dying”.

«Для нас мечта стала явью», рассказывает Блэйз. «Мне нравились Maiden. У меня были некоторые их альбомы, и я видел их в турне пару раз до этого. Я считал их великой группой. В те долгие ночи в отеле я всегда проигрывал “Number Of The Beast” и “Piece Of Mind”. Они у меня были записаны на C-90, поэтому я слышал их один за другим всё время. Но в том туре я впервые встретился со Стивом. Первое, что он сказал было: «Хорошо, что с нами молодая группа, которая может нас немного встряхнуть». Этого я не ожидал. Он говорил, что мы выступили отлично».

Как показало время, тур стал потрясающим для обеих групп. «Практически каждое выступление нас вызывали на «бис». Это было лучшее время в моей жизни», делится впечатлениями вокалист. «Когда настал последний день выступлений в Hammersmith Odeon и пришлось возвращаться домой, я чувствовал себя отвратительно. Я не хотел возвращаться домой. Я хотел всюду выступать на разогреве у Iron Maiden».

Однако это не мешало Блэйзу стараться перещеголять своего преемника у микрофона на тех концертах. «На тех выступлениях целью моей жизни было полностью вывести из строя Брюса. Я внимательно следил за выступлением, слушал, что он говорил, смотрел, как он все делал и на следующем выступлении я старался полностью превзойти его. Брюс один из величайших фронтменов всех времен, так что давайте начнем с этого. Он был известен повсюду в мире, он участвовал в одних из самых больших шоу истории рока, он был лидером одной из лучших групп и он записал несколько классических композиций на все времена. Он великий фронтмен. Но мы были чрезвычайно самонадеянны. Страх нам был неведом. Мы работали, чтобы завести кого угодно. Поэтому я просто сказал: «Ну что же, раз он забирается на трибуну глашатаев, я постараюсь и поднимусь на самих глашатаев». Если он ставит ногу на монитор, я постараюсь нырнуть в толпу. Если он движется по сцене, я буду по ней бегать. Меня поглотила идея того, как превзойти Брюса, что звучит странно, если подумать над тем, что произошло позже».

Второй полный альбом Wolfsbane "Downfall Of The Good" был выпущен в 1992 году, но к тому времени критики уже устали от постоянного провала группы в чартах и когда провалился и этот альбом, чтобы оправдать ситуацию, Блэйз сказал, что «все уже было предопределено». После вышел только один альбом Wolfsbane – концертник под названием “Massive Noise Injection” в 1993 году. «Выступление было в Marquee. Концертник был сделан в величайших традициях живого альбома. Полный хаос!»

Прежде чем началась работа над следующим студийным альбомом, Блэйз получил предложение от Maiden и сразу же объявил о своем уходе из группы. Подчеркивая хрупкость положения, которое Блэйз оставил за собой, Wolfsbane тогда же и распались.

«Был ад», рассказывает он сейчас. «Все, кроме меня думали, что я был, очевидно, захватчиком места Брюса в Iron Maiden. Но моя преданность Wolfsbane была настолько велика, что я даже не мог подумать об этом. Wolfsbane были вынуждены сосуществовать вместе, соединенные сложными временами, в течение которых мы боролись с тем, чтобы не развалиться, но к концу последнего тура я понял, что ничего уже не получится. То, что теперь хотели исполнять Джефф и Джейс, напоминало больше уже панковых Manic Street Preachers, а не хэви метал. Все это просто уже не подходило к моему голосу. Тогда я и позвонил Стиву».

Блэйз без стеснения признает, что присоединение к Iron Maiden «полностью изменило жизнь. Они дали мне знать о своем решение за пару дней до Рождества 1993 года. Стив позвонил мне домой и сказал: «Приходи на встречу со мной и Родом». Он не сказал: «Мы хотим, чтобы ты присоединился к группе». Просто намекнул, что я в команде, если я сам не против. Очень характерно для Стива, ты же его знаешь. Я был ошеломлен. Просто ошеломлен. Я был счастлив, но ошеломлен тем, что теперь передо мной теперь была открыта совершенно иная жизнь. У меня едва ли было что-то еще, кроме музыки все то время, что я был в группе и до тех пор я был Блэйзом Бейли из Wolfsbane. А теперь я буду Блэйзом Бейли из Iron Maiden! Звучало невообразимо. Мне понадобилось некоторое время, чтобы осознать все. Вероятно, я был в эйфории. Помню, что была бутылка шампанского, которую я хранил под раковиной давненько. Я выпил ее и начал мелить чушь себе под нос, стал просматривать в AutoMart, сколько же стоит Ягуар».

В январе 1994 года началась работа над первым альбомом с Блэйзом на вокале. Записанный на частной студии Стива (сейчас окрещенной Barnyard), новый альбом был готов через год.

« »

На правах рекламы:

Экскурсионное обслуживание